О воле

Рождественский пост - прекрасное время для философских размышлений. Часть первая - о воле

"Жизнь - это воля". Так учил Ницше. Der Wille zur Macht. Воля к власти. Воля к действию. Воля к свершению. Воля к развитию. Воля к росту. "Рост - в этом сама жизнь".

Превращать желаемое в сущее - в этом и состоит воля. Воля - это риск. Воля - это решение. Воля - это поступок. Воля - это азарт. Воля - это действие. Так мыслит живой, питающийся жизненными соками растущий организм: животный, человеческий или общественный. Воля рождает героев.

Но воля - это опасность, воля - это ответственность, воля - это бремя. Так мыслит организм, утративший внутреннюю силу. Он по-прежнему вдыхает. Он ещё лицезреет. Но он уже увядает. Он уже обессилил. Он уже обессмыслился.

Тогда утраченный смысл подменяется привычкой. Суть - ритуалом. Честь - условностью. Тогда и бурный поток жизни перестаёт нести - он превращается в болото, засасывает, затягивает. В рутину. В страх перед действием, в страх перед поступком, в страх перед переменами. В безволие.

Безволие - это не диагноз. Безволие - это приговор. Безволие - это смерть. Трусливая и наивная вера, что "обойдётся", "само решится", "все так делают", "ещё денёк, месячишко, годик переждать, пересидеть... отмолчаться, замереть". Безволие порождает гнетущую тиранию "ничтожнейших и глупейших по сути своей актёров".

Актёров. Не акторов. Тех, кто притворяется и лицедействует, кривляется и хохмит. Но не тех, кто является, а не кажется; не тех, кто творит, а не пародирует.

Вы считаете такое безволие - "зоной комфорта"!? Отнюдь. Это не комфорт - это подмена спасительных осмысленных усилий губящим страхом, парализовавшим волю к жизни, волю к победе.

Охотник - тот, у кого есть охота. Он жаждет, он алчет, он волит. Он деятель, он актор, он созидатель. Лишь жертва считает, что обойдётся само.

Безволие - это, прежде всего, смерть мысли. Мысль сподвигает к поступкам, а потому её опасаются, её страшатся, её доводы считают неуместными, её суровую логику порицают бесчувственной. Её просят умолкнуть, требуя не нарушать безмятежность трясины. Не нарушать безволие бытия.

Только живая, деятельная, наполненная желанием и силой, направленная к цели мысль позволяет жить и, более того, существовать, ещё точнее - быть.